История

Гагра старше своего курортного имени на тысячи лет. Узкая полоса берега между морем и склоном Мамдзышхи была удобна людям задолго до римлян и византийцев: уже в верхнем палеолите на берегу реки Цихерва стояла стоянка охотников, а в третьем тысячелетии до нашей эры тут жил рыболовецкий посёлок. Море кормило, горы прикрывали с тыла, а узкий Гагрский проход — единственная сухопутная дорога вдоль кавказского берега — превращал это место в стратегический ключ. Тот, кто держал проход, держал и торговлю, и войну, и потому камень крепостных стен на этом отрезке менялся, но не исчезал почти две тысячи лет.

Античность и крепость над морем

Около первого века до нашей эры на берегу появилась греческая торговая фактория Триглит. Со второго века она вошла в орбиту Рима и стала известна под названием Нитика — небольшой укреплённый пункт на пути из Питиунта в сторону Себастополиса. От римской эпохи расходятся даты постройки главной местной крепости: Абаату относят то к IV–V веку, то к середине V века. Её толстые стены из дикого камня и башни должны были запирать Гагрский проход. В 550 году у этого побережья шёл бой, описанный Прокопием Кесарийским: византийцы взяли местную Трахею и срыли укрепления, чтобы те не достались персам и их союзникам. Позднее Абаату восстановили, внутри её стен поднялся храм, который сегодня известен как церковь Святого Ипатия. Эта связка «крепость и церковь у моря» — самое старое архитектурное ядро будущего города.

Генуэзцы, османы и долгий упадок

В средневековье побережье знало переменчивых хозяев. В начале XI века тут впервые отметились русские: летописи упоминают поход Мстислава Тмутараканского 1017–1022 годов. В 1308 году на карте генуэзца Пьетро Весконте берег обозначен топонимом «Какара» — так европейские картографы услышали имя будущей Гагры. В XIII–XV веках сюда приходят генуэзские корабли, в стенах Абааты открывается торговая фактория: тисовое дерево, мёд, воск, рабы шли отсюда на запад в обмен на ткани и металл. Когда Византия пала, а Чёрное море превратилось в османское озеро, фактория угасла. Турки звали поселение Баладаг — «высокая гора», но при них Абаата не возродилась. Эвлия Челеби в 1641 году описал берег как малолюдный и заросший. Следующие полтора века — это время горского быта, набегов и редких заходов кораблей, без городской жизни в прежнем понимании.

Русская крепость

В 1810 году абхазское княжество вошло в состав Российской империи, но Гагрский проход ещё долго оставался спорной территорией: горские отряды держали ущелье и тревожили побережье. По итогам Адрианопольского мира 1829 года Россия закрепилась на черноморском берегу Кавказа, и 8 июля 1830 года к Абаате подошёл десант: бухту заняли, в старой генуэзско-византийской крепости устроили русский гарнизон. Так началась короткая, но тяжёлая военная глава: климат был лихорадочный, малярия выкашивала солдат быстрее, чем горские пули. В 1835 году проложили дорогу от Бамбор до Гагры, в 1837 году в крепость заглянул император Николай I, а в 1841 году на скале поднялась «Башня Марлинского», названная в память о служившем здесь декабристе и писателе Александре Бестужеве. Во время Крымской войны гарнизон в 1855 году эвакуировали, в 1857 году вернули и завели при крепости военный госпиталь. После русско-турецкой войны 1877–1878 годов крепость окончательно потеряла стратегическое значение и была оставлена. К тому моменту по побережью уже тянулась нитка нового шоссе Новороссийск — Батуми, открытого в 1891 году: именно эта дорога вскоре свяжет дикий берег с большой империей.

«Русская Ницца» принца Ольденбургского

Идея сделать из Гагры курорт мирового уровня впервые прозвучала в 1897 году в письме лесничего А. И. Родичева, обратившего внимание двора на мягкий климат бухты, защищённой Мамдзышхой с севера. Замысел подхватил принц Александр Петрович Ольденбургский — родственник императорской семьи, человек с организаторской хваткой и средствами. Указом Николая II от 1901 года на принца возложили заботу о создании Гагрской климатической станции. Задача была дерзкой: построить на пустом берегу город-курорт, способный соперничать с Монте-Карло и Ниццей. Для этого пришлось расчищать малярийные болота, проводить водопровод, ставить электростанцию, прокладывать набережную и сажать парк.

Стройка шла быстро. К 1902 году у подножия гор поднялся ресторан «Гагрипш» — деревянное здание в стиле норвежского фахверка, привезённое в разобранном виде и собранное на берегу без единого гвоздя. Тогда же закладывали Приморский парк: на отвоёванной у малярии низине высадили пальмы, кипарисы, магнолии, агавы — со временем тут наберётся больше четырёхсот видов субтропической флоры. На склоне Мамдзышхи в 1901–1904 годах строили замок самого Ольденбургского в стиле модерн, с черепичной крышей и сторожевой башней; его силуэт до сих пор виден с набережной.

9 (22) января 1903 года Гагрская климатическая станция была торжественно открыта — эту дату принято считать днём рождения города-курорта. В курзале «Гагрипш» дали гала-концерт, на стенах висели гирлянды, на рейде стояли яхты гостей. Очень скоро берег обзавёлся водолечебницей, гостиницами, телеграфом и собственным выходом к морю; в 1911 году в Гагру пришёл первый организованный туристический пароход из Германии, а в мае 1912 года курорт лично посетил Николай II. Белая колоннада, парк, дача, дорогая публика — за это сочетание публицисты тех лет и называли Гагру «русской Ниццей».

Революция 1905 года докатилась и сюда: на короткие пару месяцев в Гагре существовала самопровозглашённая Гагрская республика, подавленная казачьими частями. Принц продолжал стройку и обустройство курорта до самого 1917 года.

Советская здравница

Гражданская война обошлась с курортом жёстко: дачи стояли заброшенные, парк дичал. После окончательного утверждения советской власти в 1921 году В. И. Ленин подписал декрет о развитии Гагры как курорта — отныне дачи империи становились пансионатами для рабочих и партийной верхушки. В тридцатые годы город заработал как круглогодичная здравница: открылись новые санатории, набережную одели в гранит, в Приморском парке поставили зимний театр, а в окрестностях стали действовать пионерские лагеря. Тогда же по бухте прокатилась киноволна — в 1934 году часть «Весёлых ребят» Александрова снимали именно тут, и Гагра впервые в истории попала в кадр всесоюзного фильма.

Великая Отечественная война пощадила город от прямых бомбёжек, но фронт стоял рядом, в горах Кавказа: санатории превратились в эвакогоспитали, и эта тыловая роль на годы определила послевоенный облик Гагры. В пятидесятые и шестидесятые курорт стал одной из главных всесоюзных здравниц: сюда ехали лечиться минеральными водами и отдыхать у пятикилометровой галечной бухты. В 1985 году Карен Шахназаров снял здесь «Зимний вечер в Гаграх», окончательно зацементировав образ курорта в общесоюзной памяти. К началу восьмидесятых на побережье работали одиннадцать санаториев, четырнадцать домов отдыха и пять пансионатов, через колоннаду за лето проходили сотни тысяч человек.

Распад СССР и грузино-абхазская война 1992–1993 годов ударили по Гагре резко. 15 августа 1992 года на берегу высадился грузинский десант, 19 августа город заняли грузинские войска, и почти полтора месяца тут шли бои. 2 октября 1992 года Гагру вернули абхазские вооружённые силы; за это время курорт сильно пострадал, население сократилось в разы, многие здания выгорели. Девяностые и нулевые город прожил в полузаброшенном состоянии: колоннада облупилась, санатории стояли пустыми, в парке росли самосейки.

С середины двухтысячных в Гагру медленно возвращается туризм. После налаженного режима на КПП «Псоу» и пуска прямой «Ласточки» из Адлера сюда снова поехали отдыхающие из России — чинят фасады дач, реставрируют «Гагрипш», восстанавливают колоннаду, в крепости Абаата работает музей. У сегодняшней Гагры — двойная биография: античная крепость над пляжем и дачный ансамбль начала XX века у пятикилометровой бухты, на которую заново учатся смотреть как на курорт того самого масштаба, какой задумывал принц Ольденбургский.